24 января 2019 — столетие со дня начала кровавого геноцида казачьего народа

24 января 1919 года на Оргбюро ЦК РКП(б) Янкелем Свердловым было подписано циркулярное письмо, которое определило политику преступной «новой власти» по отношению к казакам, верой и правдой служившим Отечеству на протяжении не одного столетия. Оно вошло в историю как “директива о расказачивании”.

Идеологи „мировой революции“ страшно боялись казаков, объявили «опорой самодержавия», «контрреволюционным сословием». Как писал Ленину один из таких „теоретиков“, И. Рейнгольд: «Казаков, по крайней мере, огромную их часть, надо рано или поздно истребить, просто уничтожить физически, но тут нужен огромный такт, величайшая осторожность и заигрывание с казачеством: ни на минуту нельзя забывать, что мы имеем дело с воинственным народом, у которого каждая станица — вооруженный лагерь, каждый хутор — крепость».

Первые карательные акции были организованы большевиками сразу после октябрьского переворота — силами «интернационалистов» (особенно латышей, мадьяр, китайцев), «революционных матросов», горцев Кавказа, иногороднего (т.е. неказачьего) населения казачьих областей.

Казаки были поставлены перед простым выбором. Предать народ на истребление, растление, духовную смерть и прозябание в изощренном рабстве или антибольшевистское сопротивление, борьба с поработителями. Большинство казаков выбрали второй путь, став ведущей силой с первого этапа Гражданской войны.  

инструкция. Геноцид казачества

 

Первая волна казачьего геноцида покатилась со вступлением на Дон красных войск. Реквизировали лошадей, продовольствие, кое-кого походя пускали «в расход». Убивали, в первую очередь, офицеров… А когда фронт стабилизировался, начался истинный ужас, настоящий геноцид. Перешедшие на сторону красных казачьи полки быстро отправили на Восточный фронт. На Дон пришла смерть.Как писал в приказе-воззвании в августе 1919 г. Ф. Миронов (сам своим сотрудничеством с большевиками увлекший на предательство и гибель тысячи казаков): “Население стонало от насилий и надругательств. Нет хутора и станицы, которые не считали бы свои жертвы красного террора десятками и сотнями. Дон онемел от ужаса… Восстания в казачьих областях вызывались искусственно, чтобы под этим видом истребить казачество». Сам председатель Донбюро РКП(б) С.Сырцов, говоря о «расправе с казачеством», его «ликвидации», отмечал: «станицы обезлюдели». В некоторых было уничтожено до 80% жителей.Еще свидетельство — посланного на Дон московского коммуниста М. Нестерова:
«Партийное бюро возглавлял человек… который действовал по какой-то инструкции из центра и понимал ее как полное уничтожение казачества… Расстреливались безграмотные старики и старухи, которые едва волочили ноги, урядники, не говоря уже об офицерах. В день расстреливали по 60-80 человек… Во главе продотдела стоял некто Голдин, его взгляд на казаков был такой: надо всех казаков вырезать! И заселить Донскую область пришлым элементом…»Другой московский агитатор, К. Краснушкин:
«Комиссары станиц и хуторов грабили население, пьянствовали… Люди расстреливались совершенно невиновные — старики, старухи, дети… расстреливали на глазах у всей станицы сразу по 30-40 человек, с издевательствами, раздевали донага. Над женщинами, прикрывавшими руками свою наготу, издевались и запрещали это делать…»

Побывавшие в восставшей против большевиков станице Вёшенской летчики Бессонов и Веселовский докладывали Войсковому казачьему Кругу (1919):
«В одном из хуторов Вешенской старому казаку за то только, что он в глаза обозвал коммунистов мародерами, вырезали язык, прибили его гвоздями к подбородку и так водили по хутору, пока старик не умер. В станице Каргинской забрали 1000 девушек для рытья окопов. Все девушки были изнасилованы и, когда восставшие казаки подходили к станице, выгнаны вперед окопов и расстреляны… С одного из хуторов прибежала дочь священника со «свадьбы» своего отца, которого в церкви «венчали» с кобылой. После «венчания» была устроена попойка, на которой попа с попадьей заставили плясать. В конце концов батюшка был зверски замучен…»

8 апреля 1919г. — очередная директива Донбюро «Насущная задача — полное, быстрое и решительное уничтожение казачества как особой экономической группы, разрушение его хозяйственных устоев, физическое уничтожение казачьего чиновничества и офицерства, вообще всех верхов казачества, распыление и обезвреживание рядового казачества…»

После оккупации красными Юга России репрессии прокатились по областям Кубанского и Терского войск. При выселении терских станиц Калиновской, Ермоловской, Самашкинской, Романовской, Михайловской, Асиновской красные убили до 35 тысяч стариков, женщин и детей (и вселились в опустевшие станицы).
При т.н. «конфискациях» у казаков и казачек порой выгребались все имевшиеся вещи, вплоть до женского нижнего белья!..

Одновременно развернута была кампания обоснования террора в большевистской печати. Например, в феврале 1919 г. газета «Известия Наркомвоена» (выходившая фактически под прямой редакцией Троцкого) писала:
«У казачества нет заслуг перед русским народом и государством. У казачества есть заслуги лишь перед темными силами русизма… По своей боевой подготовке казачество не отличалось способностями к полезным боевым действиям. Особенно рельефно бросается в глаза дикий вид казака, его отсталость от приличной внешности культурного человека западной полосы. При исследовании психологической стороны этой массы приходится заметить сходство между психологией казачества и психологией некоторых представителей зоологического мира…»

«… Российский пролетариат не имеет никакого права применить к Дону великодушие… На всех их революционное пламя должно навести страх, ужас, и они, как евангельские свиньи, должны быть сброшены в Черное море!» — неистовствовала названная выше большевистская газета в передовице.

Вспоминая события тех лет, даже убежденный коммунист М. Шолохов пишет (письмо Горькому от 6 июня 1931г.):
«Я нарисовал суровую действительность, предшествующую восстанию; причем сознательно упустил такие факты… как бессудный расстрел в Мигулинской станице 62 казаков-стариков или расстрелы в станицах Казанской и Шумилинской, где количество расстрелянных казаков (б. выборные хуторские атаманы, Георгиевские кавалеры, вахмистры, почетные станичные судьи, попечители школ и проч. буржуазия и контрреволюция хуторского масштаба) в течение 6 дней достигло солидной цифры — 400 с лишним человек…»

Ленин не только знал о происходящем, но и лично активно участвовал в выработке политики большевистских властей по отношению к казакам. Достаточно вспомнить его телеграмму Фрунзе по поводу «поголовного истребления казаков».

В письме Дзержинского Ленину от 19 декабря 1919 г. указывается, что на тот момент в плену у большевиков содержалось около миллиона казаков. Резолюция «вождя»: «Расстрелять всех до одного!»

А 19 апреля 1920 года появилось «Указание» исх. 2226/Д тов. Дзержинскому, Пред. В.Ч.К., секретно от Пред. Совета Народных Комиссаров Ульянова-Ленина….»…задача органов В.Ч.К. заключается в том, чтобы само слово «казачество» исчезло из русского языка раз и навсегда…..»

После Гражданской войны были новые круги ада. «Расказачивание», коллективизация, «раскулачивание», депортации, три голодомора… И много еще чего.

Результаты этой деятельности до сих пор исчерпывающим образом не обнародованы.

Физически уничтожено или умерли в результате террора по добросовестным подсчетам около пяти миллионов казаков и членов их семей; оставшихся в живых «расказачивали» искоренением Веры Христовой, вековых казачьих традиций и устоев — всего того, что делало Казака Казаком. На многие десятилетия под страхом репрессий было запрещено само упоминание и угрожала смерть за слово «Казак», за малую реликвию, за старую, сохранённую фотографию отцов и дедов – веками создававших и защищавших Русь.

Прискорбно, но политика «расказачивания», проводившаяся коммунистическим режимом в течение 70 лет и приобретшая сегодня иные формы, продолжается. В своем обращении по поводу столетия официального начала кровавого геноцида казачьего народа Атаман МОО ЦКВ, Председатель Совета казачьих войсковых Старшин, казачий генерал Валерий Иванович Налимов отмечает:

Мы – казаки, потомки и наследники первопроходцев, сотворивших Россию, с благословения Господа Бога!
Многие из нас об этом забыли, а особенно забыли об этом некоторые чиновники, не желающие и «ленящиеся» с нами работать в правовом поле и по справедливости взаимодействовать со всем казачеством, в том числе и зарубежным.
Сейчас казаку в хуторах и станицах понятно, что попрана наша казачья Воля и Народоправство.
Но никакая власть не сможет вытравить из казака его душу, ничто не заставит казачий народ предать забвению свою культуру, свои традиции, свое главное предназначение — защищать Святую Веру Христову, свято блюсти чаемый ныне Богоустановленный Православный Трон.