Первый выстрел революции: в ночь на 17/30 декабря 1916 года был злодейски убит заговорщиками Друг Царской Семьи Григорий Ефимович Распутин — Мученик за Христа и Царя.

Поистине, нет ничего более талантливого, чем талантливый русский мужик. Какой это своеобразный, какой самобытный тип! Распутин абсолютно честный и добрый человек, всегда желающий творить добро и охотно раздающий деньги нуждающимся. 
Граф С.Ю. Витте, 1914 год

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОРОЧЕСТВО ГРИГОРИЯ РАСПУТИНА

«Я пишу это письмо, последнее письмо, которое останется после меня в Санкт-Петербурге. Я предчувствую, что умру до 1 января (1917 года). Я обращаюсь к Русскому Народу, к Папе, Маме и Детям (к Царю, Царице и их детям), всей русской Земле, что им следует знать и понять. Если я буду убит обычными убийцами, особенно своими братьями — русскими крестьянами, то Ты, Русский Царь, не должен бояться за Детей Своих, — Они будут править в России еще сотни лет.
Но если я буду убит боярами и дворянами, если они прольют мою кровь, и она останется на руках их, то двадцать пять лет им будет не отмыть моей крови со своих рук. Им придется бежать из России. Братья будут убивать братьев, все будут убивать друг друга и друг друга ненавидеть, и через двадцать пять лет ни одного дворянина в России не останется. Царь Земли Русской, если услышишь Ты звон погребального колокола по убиенному Григорию, то знай: если в моей смерти виновен кто-то из Твоих родичей, то скажу Тебе, что никто из Твоей Семьи, никто из Твоих Детей и Родных не проживет более двух лет. А если и проживет, то будет о смерти молить Бога, ибо увидит позор и срам Русской Земли, пришествие антихриста, мор, нищету, поруганные храмы Божий, святыни оплеванные, где каждый станет мертвецом [...].
Три раза по двадцать пять лет будут разбойники черные, слуги антихристовы, истреблять Народ Русский и Веру Православную. И я погибну, погиб уже, и нет меня более среди живых. Молись, молись, будь сильным, думай о Своей Благословенной Семье!
ВАШ ГРИГОРИЙ» (Православный Царь мученик. Составитель — игумен Серафим (Кузнецов). М.: Паломник, 2000 г.).

Это был первый выстрел революции в России …
Для справки: Царь и Царица ужасно страдали от той кампании лжи и клеветы, которая организованно велась против Распутина, а на самом деле против них самих. После газетной кампании по поводу очередного сфабрикованного дела против Григория Царица написала Государю 22 июня 1915 г.: «Если мы дадим преследовать нашего Друга, то мы и наша страна пострадаем за это. — Год тому назад уже было покушение на него, и его уже достаточно оклеветали. Как будто бы не могли призвать полицию немедленно и схватить его на месте преступления — какой ужас!». Эта мысль, что они не могут защитить близкого им человека, все время тревожит царскую чету, как и мысль, что он страдает за них. 26 февраля 1917 г. Царица пишет мужу после посещения могилы Распутина: «Я ощущала такое спокойствие и мир на его дорогой могиле. Он умер, чтобы спасти нас». Незадолго до своей смерти Распутин говорил царице, и это она передавала царю в письме от 8 декабря 1916 г.: «Наш Друг говорит, что пришла смута, которая должна была быть в России во время или после войны, и если наш (ты) не взял бы места Николая Николаевича, то летел бы с престола теперь»: http://expertmus.livejournal.com/57798.html

После убийства Распутина Император Николай II носил его нательный крест (в сериале «Григорий Р.» с Владимиром Машковым в главной роли допущена грубая ошибка!).

«Распутин был убит в ночь с 16-го на 17-е декабря 1916 года. 16 декабря Государыня послала меня к Григорию Ефимовичу отвести ему икону, привезённую из Новгорода (см. фото списка чудотворной иконы «Знамение»: http://expertmus.livejournal.com/46225.html). Я не особенно любила ездить на его квартиру, зная, что моя поездка будет лишний раз фальшиво истолкована клеветниками. Я оставалась минут 15, слыша от него, что он собирается поздно вечером ехать к Феликсу Юсупову знакомиться с его женой Ириной Александровной.
Утром 17 декабря ко мне позвонила одна из дочерей Распутина, которые учились в Петрограде и жили с отцом, сообщив, что отец их не вернулся домой, уехав поздно с Феликсом Юсуповым. Через час или два позвонили во Дворец от Министра Внутренних Дел Протопопова, который сообщал, что ночью полицейский, стоявший на посту у дома Юсуповых, услышав выстрел в доме, позвонил. К нему выбежал пьяный Пуришкевич и заявил ему, что Распутин убит. Тот же полицейский видел военный мотор без огней, который отъехал от дома вскоре после выстрелов.

Были жуткие дни. 19-го утром Протопопов дал знать, что тело Распутина найдено. Вначале у проруби на Крестовском острове нашли галошу Распутина, а потом водолазы наткнулись на его тело: руки и ноги были запутаны верёвкой; правую руку он, вероятно, высвободил, когда его кидали в воду; пальцы были сложены крестом. Тело было перевезено в Чесменскую богадельню, где было произведено вскрытие.
Несмотря на многочисленные огнестрельные раны и огромную рану на левом боку, сделанную ножом или шпорой, Григорий Ефимович, вероятно, был еще жив, когда его кинули в прорубь, так как легкие были полны водой
Отпевали в Чесменской богадельне, и в 9 часов утра в тот же день (кажется 21 декабря) одна сестра милосердия привезла на моторе гроб Распутина. Его похоронили около парка на земле, где я намеривалась построить приют для инвалидов. Приехали Их Величества с Княжнами, я и два или три человека посторонних. Гроб был уже опущен в могилу, когда мы пришли. Духовник Их Величеств отслужил краткую панихиду и стали засыпать могилу. Стояло туманное, холодное утро и вся обстановка была ужасно тяжёлая: хоронили даже не на кладбище. Сразу же после краткой панихиды мы уехали.
Дочери Распутина, которые совсем одни присутствовали на отпевании, положили на грудь убитого икону, которую Государыня привезла из Новгорода…
Распутин в первый год его пребывания в Петербурге повсюду был принят с большим интересом. Как то будучи в семье одного инженера, вспоминаю его, сидящего в окружении семи епископов, образованных и учёных мужей, и отвечающего на глубокие религиозно-мистические, затрагивающие Евангелие, вопросы. Он, совершенно не образованный сибирский монах, давал ответы, которые глубоко удивляли других.
Помню одну встречу с профессором Фёдоровым уже при начавшейся революции. Он лечил Наследника с самого его рождения. Мы вспоминали случаи, когда использованные медицинские методы всё же не могли прекратить кровоизлияние, а Распутин, делая только крестное знамение над больным Наследником, останавливал кровотечение. «Родителей больного ребёнка надо понимать», — была у Распутина привычка говорить.
Бывая в Петербурге, Распутин жил в маленьком дворовом доме на Гороховой улице. У него ежедневно бывали очень разные люди — журналисты, евреи, бедные, больные — и он постепенно начал быть своего рода посредником просьб между ними и Царской Четой. Когда он бывал во Дворце, его карманы были полны всевозможных просьб, которые он принял.
Подобное раздражало Государыню и, совершенно особо Государя. Они ожидали услышать от него или предсказания, или описания загадочных явлений. В качестве награды за труды и доставку просьб до места некоторые давали Распутину деньги, которые он никогда не держал при себе, а раздавал сразу же бедным. Когда Распутин был убит, у него не нашли ни копейки денег.
Имя Распутина вскоре было очернено. Их Величества всё же отказывались верить скандальным историям о Распутине и говорили, что он терпит за правду, как мученик. Только зависть и недоброжелательность диктуют, вводящие в заблуждение высказывания.
Её Величество доверяла Распутину, но два раза она посылала меня с другими к нему на родину, чтобы посмотреть, как он живет у себя в селе Покровском. Встретила нас его жена — симпатичная пожилая женщина, трое детей, две немолодые девушки-работницы и дедушка рыбак. Все три ночи мы, гости, спали в довольно большой комнате наверху, на тюфяках, которые расстилали на полу. В углу было несколько больших икон, пред которыми теплились лампады. Внизу, в длинной тёмной комнате с большим столом и лавками по стенам, обедали; там была огромная икона Казанской Божией Матери, которую считали чудотворной. Вечером перед ней собиралась вся семья и «братья» (так называли четырёх других мужиков-рыбаков), все вместе пели молитвы и каноны.
Крестьяне относились к гостям Распутина с любопытством, к нему же безразлично, а священники враждебно. Был Успенский пост, молока и молочного в этот раз нигде не ели; Григорий Ефимович никогда ни мяса, ни молочного не ел.
Существует фотография, которая представляет Распутина сидящим в виде оракула среди дам-аристократок своего «гарема» и как бы подтверждает огромное влияние, которое будто бы он имел в Придворных кругах. Но я думаю, что никакая женщина, если бы даже и захотела, не могла бы им увлечься; ни я и никто, кто знал его близко, не слышал о таковой, хотя его постоянно обвиняли в разврате.
Когда после революции начала действовать следственная комиссия, не оказалось ни одной женщины в Петрограде или в России, которая выступила бы с обвинениями против него; сведения черпались из записей «охранников», которые были приставлены к нему.
Судебное расследование Чрезвычайной Следственной Комиссии Временного Правительства доказало, что политикой он не занимался. У Их Величеств разговоры с ним были всегда на отвлечённые темы и о здоровье Наследника
Несмотря на то, что он был человек безграмотный, он знал всё Священное Писание, и его беседы отличались оригинальностью, так что, повторяю, привлекали немало людей образованных и начитанных, каковыми были, бесспорно, епископы Феофан и Гермоген, Великая Княгиня Милица Николаевна и др.
Кроме Их Величеств, также высший духовный круг проявлял интерес к Распутину в начале года. Один из членов этого круга рассказал о глубоком впечатлении, произведённом Распутиным на них на одном из вечеров. Распутин обратился в сторону одного находящегося в их группе, говоря: «Почему вы не признаёте свои грехи?». Мужчина побледнев, отвернул своё лицо.
Помня, как-то в церкви подошёл к нему почтовый чиновник и просил помолиться о больной. «Ты меня не проси, — ответил он, а молись св. Ксении». Чиновник в испуге и удивлении вскрикнул: «Как вы могли знать, что жену мою зовут Ксенией?». Подобных случаев я могла бы привести сотни, но их, пожалуй, так или иначе можно объяснить, но гораздо удивительнее то, что все, что он говорил о будущем, сбывалось …
Государь и Государыня впервые встретились с Распутиным в доме Великих Князей Петра и Николая Николаевича; их семьи считали Распутина пророком, который давал им наставления в духовной жизни.
Распутин был очень худой, у него был пронизывающий насквозь взгляд. На лбу, у кромки волос, была большая шишка от ударов головой об пол во время молитвы. Когда первые сплетни и разговоры о нём начали ходить, он собрал деньги у своих друзей и отправился в годичную паломническую поездку в Иерусалим.
После моего бегства из России, будучи в Валаамском монастыре я встретила там старого монаха. Он рассказал мне, что встречал Распутина в Иерусалиме и видел его среди паломников у рак со святыми мощами.
Великие Княжны любили Распутина и называли его по имени «Наш друг». Под влиянием Распутина Великие Княжны предполагали, что они никогда не пошли бы замуж, если бы им пришлось отказаться от своей православной веры. Также и маленький Наследник был привязан к Распутину.
Идя в комнату Государыни, чуть спустя после известия об убийстве Распутина, я слышала всхлипывающего Алексея, спрятавшего голову в оконную штору: «Кто теперь поможет мне, если «Наш друг» умер?».
В первые дни войны отношение Государя к Распутину изменилось и стало намного холоднее. Поводом послужила телеграмма, которую Распутин отправил Их Величествам из Сибири, где он поправлялся от раны, нанесённой ему некой женщиной. Государь и Государыня в телеграмме, которую я отправляла, просили Распутина помолиться о победной войне для России. Ответ был непредвиденным: «Сохраните мир любыми способами, так как война означает погибель для России». Получив телеграмму Распутина, Государь потерял своё самообладание и порвал её. Государыня, невзирая на это, не прекратила уважать Распутина и доверять ему.
Один из родственников Распутина сказал мне, что он предсказал, что Феликс Юсупов убьёт его.
В России немецкие агенты были повсюду — на заводах, на улицах, даже в очередях за хлебом. Начались распространяться слухи, что Государь хочет заключить сепаратный мир с Германией и что Государыня и Распутин стоят за спиной намерения. Слухи, согласно которых с Германией готовиться сепаратный мир, дошли даже до английского посольства.
Вся клевета и слухи, направленные против Царской Семьи, об ожидаемом заключении мира с Германией, доводились до сведения иностранных посольств. Большая часть союзников догадывались оставить их на своё собственное усмотрение, единственно, кто оказался жертвой, как немецких, так и революционных распространяемых сплетен, оказался английский посол сэр Георг Бьюкенен. Он и встал в общение между революционерами и Правительством.
Убийство Распутина 16 декабря 1916 года было отправным выстрелом революции. Многие считали, что Феликс Юсупов и Дмитрий Павлович своим героическим поступком спасли Россию. Но произошло совсем иначе. Началась революция, события в феврале 1917 года причинили России полную разруху.
«Убийство никому не дозволено», — написал Государь на прошении, которое члены Императорской семьи оставили Ему, прося, чтобы не были наказаны Великий Князь Дмитрий Павлович и Феликс Юсупов.
Со своей смертью Распутин связывал большие бедствия для Их Величеств. Последние месяцы он ожидал, что его скоро убьют.
Владимир Михайлович Руднев, производивший следствие при Временном Правительстве, был один из немногих, который старался распутать дело о «тёмных силах» и выставить Распутина в настоящем свете, но и ему было трудно: Распутин был убит, а русское общество было психически расстроено, так что мало кто судил здраво и хладнокровно. Руднев единственный имел гражданское мужество ради истины встать на точку зрения здравомыслящего человека, не заразившись стадным мнением русского общества в 1917 году» («Анна Вырубова — фрейлина Государыни». Под редакцией Ирмели Вихерюури. Отава. 1987 Хельсинки. Перевод с финского языка Л.Хухтиниеми).

Князь Ф.Ф. Юсупов, один из убийц Г. Е. Распутина: «Сойдя с лестницы, я увидел Распутина, лежащего на нижней площадке. Из многочисленных ран его обильно лилась кровь. Верхняя люстра бросала свет на его голову, и было до мельчайших подробностей видно его изуродованное ударами и кровоподтеками лицо. Тяжелое и отталкивающее впечатление производило это кровавое зрелище. Мне хотелось закрыть глаза, хотелось убежать куда-нибудь далеко, чтобы, хотя на мгновение, забыть ужасную действительность, и, вместе с тем, меня непреодолимо влекло к этому окровавленному трупу, влекло так настойчиво, что я уже не в силах был бороться с собой.
Голова моя разрывалась на части, мысли путались; злоба и ярость душили меня. Какое-то необъяснимое состояние овладело мною. Я ринулся на труп и начал избивать его резиновой палкой… В бешенстве и остервенении я бил куда попало… Все Божеские и человеческие законы в эту минуту были попраны. Пуришкевич говорил мне потом, что зрелище это было настолько кошмарное, что он никогда его не забудет. Тщетно пытались остановить меня. Когда это, наконец, удалось, я потерял сознание».

Уже после переворота 1917 г. Великая Княгиня Елизавета Феодоровна рассказывала кн. Ф.Ф. Юсупову, что «через несколько дней после смерти Распутина ее посетили настоятельницы многих монастырей с рассказами о поразительных событиях в их монастырях 29 декабря (в ночь на 30-е н. ст.). Во время ночных служб священники испытали приступы безумия, богохульствуя и испуская нечеловеческие крики; монахини разбежались по углам, крича, как одержимые, и поднимая юбки с непристойными движениями».

«Среда 21-го декабря, — записала в своем дневнике 1916 г. Великая Княжна Ольга Николаевна. — В 9 ч. мы и Папа и Мама поехали к месту Аниной постройки, где была отслужена лития и похоронен Отец Григорий в левой стороне будущей церкви. Спаси Боже Святый».
По некоторым сведениям со временем здесь предполагалось учреждение скита или даже небольшого монастыря: «21 марта 1917 г. в день рождения старца собирались закладывать монастырь по проекту архитектора Зверева».


«27-го февраля войска Царского Села присоединились к восставшему народу. Одним из первых в Царском Селе был арестован полковник Мальцев. Все офицеры и солдаты воздушной батареи единодушно потребовали, чтобы капитан Климов был возвращен в батарею и назначен ее командиром. Заняв этот пост, Климов немедленно вновь принялся за поиски могилы Распутина. Расспросив солдат и жителей, он пришел к выводу, что таинственная тропинка, найденная им в декабре 1916 г., возле которой он встретил Александру Федоровну и Ольгу, действительно ведет к могиле Распутина. Солдаты воздушной батареи, стоявшие на посту у могилы Распутина, рассказывают, что они сами не знали, для чего они здесь поставлены. Им было сказано, что они охраняют склад лесных материалов. Этот склад находился в 100 саженях от часовни. Им было приказано караулить и не подпускать ни к часовне, ни к лесным материалам. Рабочие, строившие часовню, приходили всегда вместе с чинами охраны и работали под их наблюдением. Вечером к часовне приезжала Александра Федоровна в сопровождении какой-нибудь из дочерей, а иногда фрейлины Вырубовой, причем обязательно сопровождал ее полковник Мальцев.
Стоявшие солдаты на посту получали всегда серебряный целковый или гостинцы. Их немедленно отправляли к складу лесных материалов считать бревна и доски. Александра Федоровна с дочерьми или Вырубовой удалялись внутрь строившейся часовни, а полковник Мальцев оставался снаружи, наблюдая за часовыми.
Когда капитан Климов стал расспрашивать, […] что находится в районе лесного склада, караульные ответили, что здесь находятся вещи, принадлежащие дворцу. Караул при этом разъяснил, что охрана существует уже в течение 3-х месяцев. Капитан Климов обошел лесной склад, но никаких вещей не обнаружил. Площадь была завалена бревнами и досками. […] Под усиленной охраной капитан Климов с большими осторожностями открыл часовню.
Раскопки под часовней обнаружили металлический гроб, в котором находилось тело Распутина. О своем открытии капитан Климов представил рапорт коменданту Царского Села, а последний уведомил командующего Петроградским военным округом ген. Корнилова:
РАПОРТ
Приняв батарею и познакомившись со всеми занимаемыми батареей постами, я обратил внимание на пост, утвержденный полковником Мальцевым, как доложил капитан Лупанов, после убийства Распутина, близ 3-й полубатареи, в некотором расстоянии от склада лесных материалов, якобы, как внушено было батарее, для охраны этого склада. Имея в виду циркулирующие слухи, что Распутин погребен в Царском Селе и в его погребении принимал участие полковник Мальцев, я, производя раскопки, обнаружил у поста могилу и выяснил, что склад лесных материалов батарее не принадлежит. Пост этот упразднился, а могилу по вашему приказанию охраняю впредь до вашего распоряжения. Подписал: капитан КЛИМОВ».
«Сегодня, — излагает события 8 марта 1917 г. корреспондентка «Дня» Л. Богуцкая, — около 6-ти часов дня, я выехала вместе с моими коллегами по перу, с караульным офицером и с командиром воздушной батареи капитаном Климовым к могиле Распутина. Обогнув Александровский дворец в Царском Селе, автомобиль мчался мимо ограды дворцового парка, а затем свернул вправо в примыкавший к парку лес. В глубине леса мы остановили машину. Здесь начиналась тропинка, открытая капитаном Климовым.
Тропинка извивается между старых елей, совершенно скрывающих ее. Пройдя с четверть версты, мы увидели воротца, срубленные из молодых березок, а дальше - мостки, по обеим сторонам которых устроены перила также из молодых березок. Мостки кончались у опушки леса, у сруба недоконченной постройкою деревянной часовни. Саженях в ста от часовни виднеются лесные материалы, охранять которые якобы должен был часовой, стоявший не у лесных материалов, а у самой часовни. Солдаты, стоявшие на этом посту, рассказывают, что сюда очень часто приезжала Александра Федоровна со Своими Дочерьми.
Подойдя к часовне, мы обошли ее кругом и вышли к восточной стене. Тут должен был находиться алтарь. Под этим будущим алтарем и похоронен Распутин».
«По деревянным доскам и балкам мы карабкаемся наверх, — пишет Е. Лаганский, — чтобы лучше разглядеть разрытую под самым срубом могилу старца. Но уже опять смеркалось, и в черной зияющей под нами дыре ничего не видно. Я спускаюсь вниз, снимаю пальто и шляпу, чтобы удобнее пролезть в узкое отверстие, проделанное солдатами в основании сруба, откуда можно заглянуть в самую могилу. Однако несколько солдат уже опередили меня. Здесь темно, и только спички в руках солдат и зажженная лучина мерцающими огоньками освещает белесоватую массу на самом дне дыры. Глаз привыкает к темноте, и я несколько отчетливее различаю обстановку.
На небольшой глубине, аршина в полтора [105 см], в земле вырыто отверстие, шириною не более аршина [70 см], откуда виднеется развороченная свинцовая крышка гроба, открывающая покойника до груди. Лицо трупа совершенно почернело. В темной длинной бороде и волосах куски мерзлой земли, на лбу черное отверстие от пулевой раны.
Со всех сторон из гроба торчат куски пакли и распоротого полотняного савана. Голова покоится на шелковой кружевной подушке. Остальная часть туловища вместе с гробом еще покрыта землею: кап. Климову нужно было только убедиться в том, что найденный в гробу покойник — есть именно Григорий Распутин.
Вследствие темноты и почерневшего лица покойника я затрудняюсь безошибочно определить в нем Распутина. Мало ли кто мог быть здесь погребен, тем более, что весьма осведомленные лица говорили, что труп Распутина отправлен на его родину. Мной овладевают сомнения, и глаза в этом мрачном подземелье невольно ищут доказательств. Внезапно я получаю их. Сомнений больше нет. Под бородой я замечаю какой-то широкий квадратный блестящий предмет, наклоняюсь со спичкой и вынимаю небольшую деревянную икону Богородицы, без всяких украшений и оправы (см. фото). На белой оборотной стороне иконы, посредине, под инеем, покрывшим дерево иконы, отчетливо видны следующие, в стихотворном порядке сделанные карандашом надписи:
С левой стороны в углу датировано: 11-го Дек: 1916 г. Новгород. В правом углу доски также карандашом сделанная надпись как бы дрожащей рукой: Анна (Вырубова).
Кап. Климов просит меня отдать ему икону для передачи коменданту Царского Села подполк. Мацневу»…

В начале марта 1917 г., после полного провала следственного дела против Руспутина Временное правительство приняло решение о бесследном уничтожении останков Григория Распутина, убитого в ночь на 17 декабря 1916 года во дворце князя Феликса Юсупова. Глава правительства кН. Львов и министр юстиции Керенский всерьез опасались, что его захоронение станет местом объединения сторонников монархии. 7 марта 1917 г. была тайно разрыта сооруженная под алтарем недостроенной часовни на окраине Александровского парка в Царском селе могила Распутина. Набальзамированное тело было перевезено в Петроград, а затем организована секретная операция по его уничтожению.


После сожжения трупа в котельной Политехнического института в ночь на 11-е марта 1917 г. участники этой операции составили «Акт о сожжении трупа Г.Е. Распутина» (Петроград. 11(24) марта 1917 г.), в котором был зафиксирован сам факт сожжения, но его место указано в завуалированной форме.

 

Документ (см. фото) поступил в фонды Государственного музея Революции. В середине 1930-х годов среди других «неэкспозиционных материалов» его передали в Государственный исторический архив Ленинградской области (ГИАЛО), откуда документ был впоследствии похищен. В 1995 г. с помощью жителей Ленинграда и сотрудников «Радио Балтика» уникальный документ был найден.

«Я встречал священников и дьяконов, — описывал первые дни революции старый петербуржец, — которые шли с торжеством на довольных лицах. [...] Кажется, и придворное духовенство приветствовало падение Царизма. Еще недавно оно напечатало особую записку, где высказывалось, что придворное духовенство ни в каком случае не отделяет себя от государства» (Николай Энгельгардт из Батищева. Эпизоды моей жизни. (Воспоминания) // Минувшее. Т. 24. СПб. 1998. С. 56-57).

На деле священство не хотело над собой не только Царской, но и вообще никакой другой власти. Революционному обер-прокурору Св. Синода заявляли, что «Христос больше не будет прикован к руке центуриона, что раз нет больше Монарха, не требуется больше и «ока монаршего» — обер-прокуратура отменяется» (Николай Энгельгардт из Батищева. Эпизоды моей жизни. С. 57).
«Кому башка не дорога, тот и поминай, — вполне открыто заявил еще 1 марта один иеромонах. — А я поминать не буду!» (Философов Д. В. Дневник (17 января — 30 марта 1917 г.) // Звезда. 1992. № 2. С. 197).
Не было забыто в этой революционной вакханалии и имя Григория Ефимовича….
При погребении тела мученика Григория присутствовали все члены Семьи Государя Николая II, кроме Цесаревича Алексия.

«Гроб с телом Распутина стоял в Государевом соборе более трех недель. В соборе был устроен временный склеп. Александра Федоровна настаивала на погребении Распутина в ограде собора. Но против этого восстал весь Двор, указывая на невероятный скандал, который вызовет в народе погребение развратника и пьяницы на территории Царской резиденции … Гроб понадобился выше обыкновенного. Тело Распутина скорчилось; колени подходили под подбородок. Тело не поддавалось усилиям его распрямить. Можно было произвести надрезы, благодаря которым тело выпрямилось бы. Но Александра не захотела такого «кощунства»… Загудели погребальные колокола. Из придворной церкви вышла процессия. Гроб несли: Царь, Воейков, Протопопов и Фредерикс. Гроб был серебряный. За гробом шла Александра в глубоком трауре. Распутина зарыли. Могила его была усыпана цветами из придворных оранжерей» (Жизнь и похождение Григория Распутина. Киев. 1917. С. 36, 44-46). Любопытно, что подобные «опусы», написанные с целью очернения Царской Семьи, значатся в числе источников современного исследования, претендующего на «успешное решение нескольких давно назревших задач и осуществляющего серьезный прорыв в познании этого ослепительно яркого и в то же время туманно загадочного феномена российской истории начала ХХ века» — Г. Е. Распутина» (Коцюбинский А. П., Коцюбинский Д. А. Григорий Распутин: тайный и явный. СПб.-М. 2003. С. 446, 452) …

Храм строился на средства Анны Александровны Танеевой-Вырубовой, самой близкой подруги Государыни Императрицы Александры Феодоровны, при Серафимовском лазарете-убежище для раненых в Первую мировую войну русских солдат и офицеров. К сожалению, ни лазарет, ни Серафимовский храм не были достроены до конца, причиной чему стал февральский переворот 1917 года: http://expertmus.livejournal.com/50597.html

Это захоронение оказалось временным и просуществовало до 8 марта 1917 г., когда по распоряжению тогдашнего министра юстиции во Временном правительстве Александра Керенского гроб с останками старца извлекли из захоронения, доставили в Петроград и 11 марта тело Григория Распутина было сожжено в топке парового котла Политехнического института, а пепел развеяли около дороги из Лесного в Пискаревку. На месте сожжения на дереве были нанесены две надписи — на русском и немецком языках: «Hier ist der Hund begraben» («Здесь погребена собака») и «Тут сожжён труп Распутина Григория в ночь с 10 на 11-е марта 1917 года«.
На «любителей» были рассчитаны даже сочиненные несколько кощунственных «акафистов». «И как помер ты собачьей смертию своей«; «…и приях погибель песью» (ГАРФ. Ф. 612. Оп. 1. Д. 42. Л. 3, 4). Далее в этом преступном сочинении присутствовали обвинения Царицы Мученицы в супружеской измене, развращении собственных детей: «Царицыно услаждение», «царевича развращение», «царевен растление». Сочинителем одного из «акафистов» был известный писатель и журналист, организатор в начале ХХ в. в России масонских лож А. В. Амфитеатров (1862-1938)(Пуришкевич В. М. Дневник. «Как я убил Распутина». Рига. 1924. С. 125. 28). Самым печальным, однако, было то, что сей мерзавец, открыто провозглашавший себя атеистом, был «сыном московского протоиерея о. Валентина (1836-1908), по прозванию «золотые уста» за свое красноречие, бывшего кумиром московских аристократических барынь, из старой духовной фамилии (епископ Амфилохий — Амфитеатров, поэт Раич, переводчик «Освобожденного Иерусалима» Тасса — Амфитеатров)…» (Николай Энгельгардт из Батищева. Эпизоды моей жизни. С. 66.29): http://expertmus.livejournal.com/69575.html Сын был причиной нравственных страданий отца, из-за которых тот, в конце концов, ослеп…Как выяснилось, с либерально-масонскими «акафистами» легко рифмовался раскольничий послефевральский глум революционных виршей «олонецкого ведуна» Николая Клюева:
Господи, опять звонят,
Вколачивают гвозди голгофские,
И Тобою попранный починяют ад
Сытые кутейные московские!
О, душа, невидимкой прикинься,
Притаись в ожирелых свечах,
И увидишь, как Распутин на антиминсе
Пляшет в жгучих,
похотливых сапогах (Н. А. Клюев. Господи, опять звонят).
Или:
Ваши черные белогвардейцы умрут
За оплевание Красного Бога.
За то, что гвоздиные раны России
Они посыпают толченным стеклом.
Шипят по соборам кутейные змии,
Молясь шопотком
за романовский дом.
За то, чтобы снова чумазый Распутин
Плясал на иконах и в чашу плевал… (Н. А. Клюев. Жильцы гробов, проснитесь!)

… В докладе, составленном по распоряжению бывшего министра юстиции Керенского в чрезвычайную следственную комиссию товарища прокурора Екатеринославского окружного суда Владимира Михайловича Руднева под заглавием «Правда о русской Царской Семье и темных силах«, отмечено: «Признавая на основании всего следственного материала несомненное влияние на Царскую Семью, этот же следственный материал приводит к заключению, что источником влияния Распутина при Дворе была наличность высокого религиозного настроения Их Величеств и вместе с тем их искреннего убеждения в святости Распутина, единственного действительного представителя и молитвенника за Государя, его Семью и Россию перед Богом» (Руднев В.М. Правда о Русской Царской Семье и темных силах. Екатеринодар, 1919; переизд.: Руднев В.М. Правда о Царской Семье и «темных силах». С предисл. Б. Гаранина и Н. Тальберга. Изд-во «Двуглавый Орел», 1920). «Следователь Чрезвычайной следственной комиссии Руднев действительно сделал письменное заявление о результатах работы комиссии, которой не удалось найти буквально ничего, чтобы скомпрометировать Николая II и Государыню» (Романов А.Ф. Николай II и его Правительство по данным Чрезвычайной следственной комиссии // Русская летопись. Париж, 1922. Кн. 2): http://expertmus.livejournal.com/20192.html?thread=145632#t145632

См. «Григорий Распутин (Новых)»: http://rublev-museum.livejournal.com/134571.html

http://rublev-museum.livejournal.com/198523.html

С февраля 1914 г. духовником семьи Николая II стал о. Александр Васильев. Естественно, будучи вхожим в Царскую Семью с января 1910 г., к февралю 1914 г. о. Александр пребывал в курсе «придворных раскладов». Кроме этого, его весьма ценила Императрица Александра Федоровна. В своих письмах она периодически упоминает о проповедях протоиерея Васильева, давая им самую высокую оценку. Сразу же по назначении на столь почетную должность о. Александру пришлось определять свое отношение к Распутину. Он, конечно, понимал, что его карьера прямо зависит от этого отношения. Только при определенной лояльности к Распутину он мог сохранить свою должность. При этом на него давили многочисленные противники Распутина, пытаясь использовать его новое положение. Судя по всему, Васильев достаточно лояльно относился к Распутину. С ним беседовал на эту тему протопресвитер Георгий Шавельский. В разговоре, продолжавшемся более 3 часов, о. Георгий уяснил для себя со слов о. Александра, что «Александра Федоровна считала Распутина не только народным целителем, но и духовным авторитетом: Он (Распутин) совсем не то, что наши митрополиты и епископы. Спросишь их совета, а они в ответ: «Как угодно будет вашему величеству! Ужель я их спрашиваю затем, чтобы узнать, что мне угодно?». А Григорий Ефимович всегда свое скажет, настойчиво, повелительно». По воспоминаниям прот. Г.П. Шавельского, «о. Васильев не отрицал ни близости Распутина к Царской Семье, ни его огромного влияния на царя и царицу, но объяснял это тем, что Распутин действительно человек отмеченный, Богом, особо одаренный, владеющий силой, какой не дано обыкновенным смертным, что поэтому и близость его к Царской Семье и его влияние на нее совершенно естественны и понятны. О. Васильев не называл Распутина святым, но из всей его речи выходило, что он считает его чем-то вроде святого» (Шавельский Г. Из «Воспоминаний последнего протопресвитера русской армии и флота» // Николай II: Воспоминания. Дневники. СПб., 1994. С. 161).

© Блог научного коллектива Музея имени Андрея Рублева.

https://expertmus.livejournal.com/198090.html